Новости

Тимур Ахмеров: «Ростех» – это целая страна в стране»

25.04.2016
Национальный центр информатизации объявил накануне о приобретении 100% акций АО «БАРС Груп». На базе объединенной команды планируется создать экспертный центр по работе с госорганами и госкорпорациями. О подробностях одной из самых крупных сделок на рынке ИТ страны и  татарстанском сегменте этой отрасли Тимур Ахмеров рассказал в первом после сделки эксклюзивном интервью «Реальному времени».

Сколько стоит «БАРС Груп»

– Тимур Маратович, самый главный вопрос, который всех интересует, во сколько обошлась сделка с «Ростехом»?
– Понимаю ваш интерес, но предпочел бы не комментировать конкретную сумму. На сегодняшний день подписан рамочный меморандум между «Ростехом»и «БАРС Груп», где согласованы основные условия сделки. Однако наши договоренности еще предстоит детализировать, а это займет определенное время. До сих пор остаются факторы, которые могут влиять на повышение или понижение стоимости. Мы рассчитываем, что пакет акций «БАРС Груп» будет оцениваться примерно в 8-9 пунктов к нормализованному показателю EBITDA. Взаиморасчеты по сделке будут осуществлены не единовременно, а в процессе совместной деятельности «БАРС Груп» и структур «Ростеха».

– Какой порядок цифр готовящейся сделки – это миллионы рублей или долларов?
– Если говорить про рыночную оценку компаний, подобных нашей, в мировой практике средневзвешенный показатель EBITDA – 13,5% к выручке. Наш управленческий показатель EBITDA находится в средних диапазонах. По выручке при покупке акций обычно рассматривается динамика ретроспективного роста: как компания росла на протяжении последних пяти лет, и каков прогноз развития компании на ближайшие три-пять лет. Все эти факторы в совокупности определяют как мультипликатор, так и стоимость компании. Мы последние несколько лет росли в некоторые периоды даже в геометрической прогрессии, за последний год выросли более чем на 22%, и дальнейшие прогнозы роста достаточно оптимистичны.

Аргументы от Ernst & Young

– Как долго продлится детализация договоренностей по сделке, на какой стадии находится этот процесс?
– Согласование деталей займёт длительный промежуток времени по причине того, что масштаб сделки очень большой. За всю историю слияний и поглощений была масса примеров, когда они были неудачными и убивали компанию, оказавшуюся в периметре слияния. Мы ни в коем случае не хотим повторить подобного. Мы понимаем, для чего мы это делаем. Понимаем, что хотим получить в ближайшее время. Интересы «БАРС Груп» в отношениях с «Ростехом» любезно согласилась представлять компания Ernst & Young, которая входит в большую четверку аудиторских компаний. Опираясь на поддержку специалистов мирового уровня, мы рассчитываем, что эта сделка приведет к долгосрочным положительным последствиям для всех участников.

– Много разговоров о том, что продажа компании — некий отчаянный шаг, связанный с ее не самым хорошим состоянием, так ли это?
– Мало кому интересны компании, находящиеся на грани банкротства и двигающиеся с ниспадающим трендом. IT-компания, которая падает, чувствует себя плохо, точно не может быть интересна стратегическому инвестору. «Стратегов» интересуют как раз развивающиеся компании с будущим. В процессе подготовки сделки был проведен подробный аудит. Привлеченные «Ростехом» аудиторы очень внимательно изучили все аспекты нашего бизнеса на протяжении длительного периода. Положительная ретроспектива достижений «БАРС Груп», большие перспективы роста, потенциал наших продуктов, проектов и рынков, развитая культура производства и другие факторы стали для «Ростеха» убедительным аргументом.

«Ростех»– наш союзник уже последние два года»

– Почему выбрали именно «Ростех»?
– «БАРС Груп» в течение пяти лет занималась поиском стратегического инвестора. Причем задача такого инвестора гораздо шире, чем просто купить наши акции и выполнить обязательства по опционной программе. Стратегический инвестор должен быть полезен нашему бизнесу, создавая новые возможности технологического развития, помогая нам двигаться на новые рынки, и это должна быть структура, которая умеет работать в сфере IT. Как и у всякой успешной команды в высокотехнологичном бизнесе у «БАРС Груп» есть большая цель. Мы планируем стать российскими лидерами в области корпоративных приложений премиум-класса, потеснив на этом рынке ведущих мировых игроков.
Стратегический инвестор должен помочь нам в достижении этой цели. В этом смысле «Ростех» – наш союзник уже последние два года. То, что в феврале этого года прозвучало в прессе, – отражение многолетней работы.

– Какова история этой сделки, как удалось привлечь такого серьезного покупателя, как «Ростех»?
– Еще до начала переговоров мы рассматривали «Ростех» как потенциальный рынок, где можно найти потребителей наших решений и услуг. Это связано с тем, что заняв достойные позиции в госсекторе, «БАРС Груп» осуществляет стратегию продвижения на рынок B2B. А «Ростех» – это целая страна в стране, большой мир, в котором функционирует множество организаций и предприятий. По большей части это предприятия, ориентированные на оборонно-промышленный комплекс, но в «Стратегии развития «Ростех» до 2025 года» перед ними поставлена задача увеличить долю гражданской продукции до 50%. Также перед ними поставлена задача импортозамещения как в плане производства собственной продукции, так и в части использования российских IT-решений. Разумеется, мы не могли проигнорировать такой большой пул заказчиков, потребности которых соответствуют возможностям и масштабам наших решений.

481c0935d611d7fe.jpg

Русский SAP от татарского «Барса»?

– Какие именно решения вы готовы предложить?
– Мы ориентируемся на создание российской ERP-системы. Предлагая отечественную ERP-систему, мы сразу решаем вопросы, связанные с государственной тайной, что чрезвычайно актуально для ОПК. Система будет изначально ориентирована на российские бизнес-процессы и требования нашего законодательства, что скажется на стоимости ее внедрения и адаптации. На емкость этого рынка влияет и следующий факт: на сегодняшний день различными ERP-инструментами неплохо охвачен уровень предприятий, но в недостаточной степени – уровень холдингов и управляющих компаний. А структура «Ростех » как раз включает в себя множество холдингов. В качестве примера можно привести холдинг «Вертолеты России», где сосредоточены все вертолетостроительные предприятия страны, или холдинг «Швабе», объединяющий несколько десятков инновационных производств, исследовательских центров и т.д.

– Ваше участие в проектах «Ростеха» обсуждалось с высшим руководством госкорпорации?
– Мы начинали не с переговоров с высшим руководством, а на протяжении двух лет эволюционно двигались от переговоров с предприятиями, холдингами, компаниями.

– Все-таки есть, наверное, какие-то конкретные люди, которые принимали решение о сделке?
– «Ростех» представляет собой большую экосистему со сложными и многомерными взаимоотношениями. В процессе принятия решений учитываются интересы и цели множества участников. Руководители структур «Ростеха», отвечающие за отдельные бизнес-направления, действуют очень инициативно и имеют значительную степень автономии. При этом нет никакого мифического Иванова или Петрова, который бы кардинально повлиял на результат, минуя интересы остальных участников.

Минздрав животворящий

– Возможно, был ключевой проект, благодаря которому процесс удалось запустить?
– В 2014-2015 году мы выполняли контракт по предоставлению персонала для реализации федерального сегмента Единой государственной информационной системы здравоохранения (ЕГИСЗ). Чтобы было понятно, это система, охватывающая все российское здравоохранение, начиная с электронной медицинской карты каждого пациента и заканчивая аналитическими инструментами Министерства здравоохранения РФ. Предысторией контракта послужили успехи, которые продемонстрировала «БАРС Груп», создавая региональные сегменты ЕГИСЗ. Три года подряд мы занимали первое место в рейтингах крупнейших поставщиков медицинских информационных систем по версии CNews. На крупнейшем отраслевом форуме Medsoft нашу систему признавали лучшей. Это привлекло к нам внимание со стороны «Ростеха». А контракт был заключен с Национальным центром информатизации (НЦИ), который теперь является ключевым участником сделки с «БАРС Груп».

– На каких условиях ваша компания попала в этот проект?
– Это был договор аутстаффинга, в рамках которого мы предоставили на проект ЕГИСЗ более 70 сотрудников «БАРС Груп». Хотя, по факту, очень пригодился наш практический опыт проектного менеджмента в здравоохранении и понимание реалий отрасли. Получилось очень продуктивное сотрудничество, когда команда НЦИ взаимодействовала с Минздравом и решала методологические вопросы, а наши представители реализовывали все это на IT-составляющей.

– Какая была сумма той сделки?
– Более 100 миллионов рублей, что включало в себя содержание персонала и его организацию, накладные расходы и т.д.

«Меня спрашивают: «Почему вы не выключаете свет, когда уходите из офиса?»

– Как удается показывать уровень качества, который был столь высоко оценен?
– «БАРС Груп» можно считать наглядным примером эффективности аджайл-методов в управлении IT-производством (Agile software development – гибкая методика разработки). Наша производственная культура ориентирована на результат. А единственный возможный результат – работающая система, которая полностью удовлетворяет потребности клиента и сдана в срок. Отлаженные процессы, элементы бюрократии, внутренние регламенты имеют смысл, только если они помогают лучше решить задачи клиента. Благодаря этому подходу наша компания сумела стремительно вырасти, и сегодня поднимает крупные темы в Минфине России, Федеральном казначействе, Оргкомитете «Россия-2018».
Другой фактор, как это ни банально звучит, – трудолюбие. Очень часто окна этого здания на верхних этажах не гаснут всю ночь. Меня спрашивают: «Почему вы не выключаете свет, когда уходите из офиса?», я говорю: «А мы и не уходим». У нас значительное количество людей, которые работают с овертаймами, и в выходные, и вечерами. И чем выше вы поднимаетесь по карьерной лестнице, тем больше нужно жить этой работой. Но взамен вы всегда получаете нечто большее. Это профессиональное развитие и стабильность, которой всегда отличался «БАРС».

– Что представляет собой Национальный центр информатизации?
– НЦИ создан «Ростехом» в 2014 году, чтобы сосредоточить в себе разработку российского программного обеспечения для госсектора и госкомпаний. Это дочерняя структура компании «РТ – Развитие бизнеса», которая, в свою очередь, является дочкой «Ростеха». На НЦИ возложена очень важная миссия в рамках стратегии на увеличение доли гражданской продукции, выпускаемой «Ростехом».

«Меняется только строчка в реестре акционеров»

– Зачем все-таки «Ростех» приобретает «БАРС Груп»?
– «Ростех» уже сейчас задействован в значительном количестве федеральных инициатив и по ряду крупных проектов назначен единственным исполнителем. Логично, если разработка и проектное управление будет находиться в структуре «Ростеха». У «БАРС Груп» в федеральных органах исполнительной власти уже есть портфель удачных кейсов. Топ-менеджеры участвуют в работе экспертных советов и им доверяют. Наше особое преимущество состоит в том, что начав с региональных проектов, мы, как никто другой, понимаем специфику регионального уровня информатизации и знаем, как интегрировать его с федеральным.
IT-составляющая сделает еще более конкурентоспособной продукцию холдингов «Ростеха». Например, широко известны планы Yota Devices по выпуску электронных учебников. Но переход на электронные учебники влечет за собой более фундаментальные изменения, чем отказ от тяжелых книг в пользу планшета. Если интегрировать гаджет ученика в развитую экосистему информационных образовательных ресурсов, сам процесс обучения изменится, станет гораздо интереснее и результативнее. Для медоборудования, выпуском которого занимается холдинг «Швабе», нужны собственные лабораторные информационные системы. В этой перспективе «БАРС Груп» может стать драйвером IT-производства в электронном кластере «Ростеха».

– Как сделка отразится на деятельности «БАРС Груп»?
– После вхождения «Ростеха» в наш акционерный капитал «БАРС Груп» останется хозяйствующим субъектом с высокой степенью автономии, со своим собственным брендом, своими приоритетами, инвестиционными программами и с другими степенями свободы, которые были у коммерческой компании. Это необходимо для того, чтобы компания сохранила свои рыночные ходовые качества.

d593a86f00ce38a4.jpg

– После продажи акций что будет с существующим менеджментом «БАРС Груп» и непосредственно с вами? Не жалко расставаться с компанией, которую вы своими руками создали?
– Неверно считать, что именно я построил компанию, поскольку это командный зачет. А значит, замена хотя бы одного человека из топ-менеджмента – это уже потеря ходовых качеств. Роль личности в IT-бизнесе очень велика. Поэтому ничего с точки зрения менеджмента в «БАРС Груп» не поменяется в ближайшие три года. В том числе, не поменяется и генеральный директор. Я по-прежнему остаюсь руководителем компании. Меняется только строчка в реестре акционеров.

– Как удалось покупателя уговорить сохранить существующую структуру управления компанией?
– Уговаривать не пришлось. До сегодняшнего дня в качестве единственного акционера АО «БАРС Груп» я выступал поручителем при получении кредитных линий и банковских гарантий для участия в тендерах. Это позволило нам комфортно чувствовать себя даже в сложные периоды. Достаточно сказать, что за время моего руководства у нас ни разу не было задержек заработной платы. Связи и репутация, заработанные мною и другими топ-менеджерами, – это ценное приобретение для нового акционера. Поэтому после вхождения в «Ростех» я продолжу обеспечивать поручительство своими личными активами. Более того, вместе с другими топ-менеджерами мы станем соинвесторами отдельных бизнес-направлений.
Управленческая культура, сложившаяся в компании, тоже является фактором привлекательности «БАРС Груп». Со стороны НЦИ и «РТ-Развитие бизнеса» мы видим стремление выстроить с нами общую систему координат. Они тоже находятся в процессе развития, готовы меняться, идти навстречу, перенимать нашу практику. Синергия заключается в том, что «Ростех» получает команду менеджеров, умеющих играть по рыночным правилам и заинтересованных в создании чего-то стоящего, а мы получаем возможность побороться за кубок UEFA, ведь уровень дворовой команды переросли уже очень давно.

«Эволюционно расти выше 30-35% для компании не целесообразно»

– В 2009 году в интервью вы говорили, что огромный поток заказов мог разорвать компанию. Как вы собираетесь справляться с потоком заказов, который получит компания в случае успешного завершения сделки, ждет ли «БАРС Груп» взрывной рост?
– Органическими методами IT-бизнес может расти с темпом 15-20% (сейчас это существенно выше рынка). Если появляется синергетический эффект, который мы ожидаем от «стратега», то мы можем расти на 30-35% в год. Но чтобы делать новые и новые проекты, все равно нужны кадры. Мы постоянно находимся в поиске IT-кадров в Казани, в Москве, в Новосибирске. Стараемся выходить на новые региональные рынки труда, открывая офисы в Санкт-Петербурге, Краснодаре, Ростове-на-Дону, Севастополе и т.д. Есть планы открытия офиса в Перми. Однако по ряду проектов все равно испытываем кадровый голод.

Эволюционно расти выше 30-35% для компании даже и не целесообразно. Попытки втолкнуть в компанию в проекты, которые превышают этот уровень, ведут к тому, что либо компания вынуждена делать это не сама, а нанять субподрядчика, но тогда в чем ее роль? Либо она не сможет переварить объем взятых обязательств и у нее начнется кризис.

Поэтому, если ожидать взрывного роста, то не эволюционным путем, а через поглощение других компаний. В 2010, 2012, 2013 году мы покупали компании, и они стоят у истоков ряда бизнес-направлений «БАРС Груп». В 2015 году купили компанию «Кваттролаб» в Москве, которая делает облачные лабораторные информационные системы, компанию ВТР в Санкт-Петербурге, обладающую экспертизой в создании систем мониторинга родовспоможения. Нам интересны небольшие компании со штатом в 20-30 человек, у которых есть отраслевые компетенции и конкурентоспособный продукт. В совокупности мы сделали около десяти поглощений. Причем речь шла не о покупке продукта, а об интеграции в команду «БАРС Груп» и дальнейшего участия в развитии проектов.

– Получается, вы планируете новые поглощения?
– Скажу так: у нас есть на примете компании, которые, наверное, захотели бы стать частью нашей команды, и мы рассчитываем, что это случится, когда будут достигнуты соответствующие договоренности.

– Планируемое открытие офиса в Перми как-то связано с ситуацией вокруг компании «Прогноз»?
– В том числе с этим. «Прогноз» – компания, которую я всегда уважал и стремился, чтобы мы были похожи на них по масштабу бизнеса. По-человечески очень жаль, что «Прогноз» переживает трудные времена. Возможно, кому-то из сотрудников, покинувших компанию, предложение работать в «БАРС Груп» будет интересным.

– Сколько новых вакансий откроется после сделки с «Ростехом»?
– Если мы будем идти спокойными органическими темпами, то до конца года вырастем до полутора тысяч. Сейчас в нашем штате более 1200 сотрудников. Из них около 100 в декретном отпуске, но это только свидетельствует о нашей стабильности.

«Санкции – еще один хороший довод в пользу импортозамещения»

– Давайте немного отвлечемся от темы сделки с «Ростехом» и поговорим о более общих вещах, как вы оцениваете рынок, что происходит, какие существуют тренды, насколько глубок кризис?
– Каких-то фатальных процессов, которые делали бы ситуацию критической, я не вижу. Да, идет переформатирование рынка. Правила игры могут сильно меняться в разных сегментах. «Кто был никем, тот станет всем». Открылись огромные перспективы для появления новых игроков на рынке, для маленьких компаний, которые смогут сделать активный старт, так же, как «БАРС Груп» стартовала в кризис 2008 года. Этот период продлится весь 2016 и весь 2017 год. Перемены затронут все ниши, включая федеральный и региональный B2G-рынок, сегмент Enterprise, SMB и т.д. Пересидеть в стороне невозможно. Нужно действовать.

b3c116140677ce50.jpg

– Как влияют санкции на рынок?
– Санкции – еще один хороший довод в пользу импортозамещения. Крупных компаний, которые оказались в санкционных списках, очень много, и все они исторически являлись клиентами SAP, Oracle и IBM. Невозможность продлить лицензии на западное ПО заставляет их искать российские альтернативы уже сейчас. Естественно, поставщики, которые поставляли западные решения, вынуждены будут или поменять свою фокусировку, или уйти с этого рынка. Крупные системные интеграторы понимают это и ищут возможности сотрудничества с производителями российских программных продуктов.

«Если приходить к заказчику с вопросом «Что бы вам такое автоматизировать?», то денег он не выделит»

– В связи с низкими ценами на нефть сокращаются бюджеты, в том числе и на информатизацию, как сильно это может ударить по отрасли?
– Если приходить к заказчику с вопросом «Что бы вам такое автоматизировать?», то денег он не выделит. Но если технологии помогут клиенту, неважно в госсекторе или в бизнесе, сокращать издержки, управлять рисками, лучше осуществлять контроль, то средства на проект найдутся. Двери открыты, важно знать, что предложить. Самая непростая ситуация сложилась на региональном рынке. Но и здесь есть масса различных моделей изыскания денег, если делается действительно интересное предложение. Существуют разные форматы государственно-частного партнёрства. Есть концессионные соглашения, когда инвесторы (например, Ростелеком или тот же «Ростех») готовы инвестировать проект со сроком окупаемости в три-пять лет. Это вопрос угла зрения, через какую призму смотреть на рынок.

– Как в этих условиях чувствует себя ваша компания?
– Мы считаем, что нащупали те ниши, которые позволят нам расти. Вне зависимости от сделки с «Ростехом», мы все равно бы развивались, только без синергии, тем темпом, которым развивались и раньше.

– Ожидаются ли массовые банкротства и уход с рынка IT-компаний?
– Поскольку сверхмаржинальных проектов нет, труднее всего приходится компаниям, которые сегодня обладают высокими накладными издержками, не гибкие и забюрократизированные. Скорее всего, они разукрупнятся ради экономии и начнут развиваться в качестве небольших бизнесов. Массового падежа точно не будет, но трансформация и передел уже идут.

«Перевести доллары из Ирана в Россию было довольно проблематично»

– Несколько лет назад были сообщения в СМИ о перспективах сотрудничества с Ираном, пошло ли дело дальше разговоров, удалось ли наладить сотрудничество?
– Мы поработали с Ираном в 2013-2014 годах через местного партнера и получили интересный опыт локализации интерфейса на язык фарси. Это был проект в сфере строительства, где мы заработали несколько десятков тысяч долларов. Но в то время просто перевести доллары из Ирана в Россию было довольно проблематично, и пришлось постараться, чтобы заработанные деньги оказались у нас.

– Из-за санкций?
– Совершенно верно. Мы столкнулись со сложностями, которые влечет за собой режим международных санкций, задолго до многих российских компаний.

– В настоящий момент продолжаете сотрудничать с Исламской Республикой Иран?
– Мы поддерживаем налаженные связи, но в силу того, что наши главные приоритеты находятся в России, не стали наращивать это направление. Было много местной специфики, в том числе связанной с правописанием справа налево. Мы даже приняли в нашу команду специалиста со знанием языка фарси. Он и сейчас работает в «БАРС Груп». Но дальше дело не пошло. Я не исключаю, что в будущем снова будет активизация на международном рынке. По крайней мере сегодняшний курс валют делает зарубежные проекты выгодными.

– Как строятся отношения с ближним зарубежьем, в частности с Казахстаном, какие проекты реализуете в этой стране?
– В Казахстане нам удалось выстроить партнерские отношения с ведущими игроками IT-рынка. Органы госвласти Казахстана обращаются к нашим консультациям. О конкретных договоренностях и результатах сейчас сообщать пока преждевременно, но перспективы у «БАРС Груп» в Казахстане и других странах СНГ есть. Очень помогла сеть международных представительств, которой располагает Республика Татарстан. С их помощью мы нарастили большую контактную базу, на основе которого велись переговоры о развитии бизнеса с местными компаниями.

Арендовать квартиру в Иннополисе

– Еще одна важная и волнующая тема – это Иннополис, уже был анонсирован переезд, по крайней мере, части вашего казанского офиса в этот город, когда все-таки вы получите прописку и там?
– Иннополис – это, безусловно, наша цель. Сказать, что уже завтра туда переедет вся компания, я не могу, но могу похвастать, что я теперь официально, согласно регистрации – житель города Иннополиса. Это произошло 19 марта.
Я считаю, что должен быть одним из первых, из тех, кто на собственном примере покажет, что там комфортная среда для жизни и работы IT-специалиста. У меня хороший доход, и я плачу достаточно существенную сумму подоходного налога. Хочется, чтобы какая-то его толика попала в муниципальный бюджет Иннополиса.
Думаю, что в скором времени я буду проводить в Иннополисе гораздо больше времени, и не помешает свой уголок, где можно отдохнуть и спокойно поработать.

– Почему все-таки компания до сих пор не переехала?
– Вся казанская штаб-квартира «БАРС Груп» переезжать в Иннополис не будет. Причина понятна – решиться на смену места жительства просто не всем. У кого-то к переезду не готовы жены и мужья. Дети в Казани ходят в школы, секции и кружки и т.д. Но часть команды переедет, и, по нашим опросам, эту возможность рассматривают 100-150 человек. Несмотря на суждения скептиков, мы будем в Иннополисе, и будем в числе первопоселенцев. Сейчас мы находимся в завершающей фазе по получению статуса резидента свободной экономической зоны, и в течение 2016-2017 годов там откроется наша штаб-квартира. Пока остаются вопросы транспорта и инфраструктуры, но они решаются.
Вообще, главная идея Иннополиса совсем не в том, чтобы стать точкой на карте, куда переедут все айтишники из Казани. Иннополис должен стать сообществом профессионалов, в которое войдут специалисты из Татарстана, из других регионов России, из других стран. Параллельно там будут формироваться новые IT-кадры. Я рассчитываю, что лучшие представители этого сообщества поучаствуют в проектах «БАРС Груп». Мы готовы обеспечить их служебным жильем в Иннополисе, готовы участвовать в образовательных инициативах. Участвуя в жизни нового города, мы развиваем собственный кадровый потенциал в будущем.

– «БАРС Груп» известен в том числе и проектами в сфере ЖКХ, есть ли какие-то достижения, о которых можно было бы рассказать?
– Достижений в ЖКХ достаточно для отдельного интервью. Для нас существует два флагманских направления в этой отрасли: облачный биллинг жилищно-коммунальных услуг и управление программами капитального ремонта многоквартирных домов.
Без лишней скромности можем сказать, что наш биллинг – одна из немногих систем, которая может накрыть целый регион, обслуживая более миллиона лицевых счетов в одной базе данных, в одном региональном облаке, и выполняя все функции, связанные с расщеплением. Вместе с программным обеспечением мы предлагаем регионам готовую методику создания Единых расчетно-кассовых центров, со всеми нормативными актами, отлаженными бизнес-процессами. Уже есть кейсы, когда на основе ГЧП происходит финансирование проектов создания ЕРКЦ.
Темой автоматизации капремонта мы начали заниматься первыми в России благодаря пилотному проекту в Татарстане. Из недавних достижений стоит назвать двухлетний контракт с фондом капитального ремонта Москвы. Наша задача – рассчитать программу капремонта для 40 тысяч домов столицы. Это многомиллиардные суммы и колоссальные объемы проектных работ.

5054cc441d4fb85f.jpg

– На что потратите деньги, вырученные от продажи акций «БАРС Груп»?
– Частично эти средства пойдут на дофинансирование новых проектов «БАРС Груп» в составе «Ростеха». 15% акций, согласно опционной программе, – это акции нашего топ-менеджмента. И, наконец, с тех пор, как деятельность «БАРС Груп» стала приносить достаточный доход, я инвестирую собственные средства в интересные стартапы. Сейчас я рассматриваю ряд бизнес-идей, которые имеют большой потенциал, и в будущем вы непременно о них узнаете.

Фото "Реальное время"

Поделиться новостью:
Вернуться в раздел новостей

Другие новости по теме

Все новости